Мартиэль Издание 3.85 // 1989-1999
Index
Пальчики к аккордам
Несколько слов о табах
Статистика состояния песен
Самый главный файл - тексты и аккорды, немного лирики и прочея, прочея, прочея...


О себе, родной
(в смысле, об авторе)



В кругу бытийно-жизненных экзотик
Свои воспоминанья потроша,
Я понял, что законченный склеротик
И о себе не помню ни шиша.

Впрочем, это все лирика. А проза? Биография: родилась, что само по себе и не ново. Зато в Москве. На фоне вышеперечисленного странно, что не состояла, не привлекалась, не женилась, но, тем не менее, училась понемногу чему-нибудь и как-нибудь все же в Питере. Отскакав детскосадовские годки, отполировав школьную скамью и покусав слегка гранит науки в славном лабиринтоподобном здании ЛИАП-а, почесала я левую пяту и поняла (!): пора и делом заняться. Дело к этой идее отнеслось без энтузиазма, но тут пришла великая Фигня. Мы с Фигней быстро поняли друг друга. Фигня щедро раскидывала листы газеты "Сорока", тыкала свой указующий перст в разнообразные курсы по биоэнергопластике и бесконтактному массажу, и, наконец, благословила властным пинком в движение ролевых игр. Вообще-то, словоплетством мне приходилось баловаться еще в нежном детсадовском возрасте ("Папа наш сегодня зол. Скушай, папа, папазол"), да и в школе бывало. А из музыкальных инструментов небезызвестно мне было только фортепиано, да и то в качестве тумбочки для подсвечников в родительской комнате. И вот пришла пора развернуться. Понаслушавшись ролевого творчества о предивных эльфах и голодных, зато несгибаемых идейно черных менестрелях, вспомнила я свои мучительные занятия в фортепианном кружке и давай чего-нибудь писать. Но фортепиано в лес не возьмешь, а рояль в кустах на играх бывает только жидкий. Совершенно случайно (!) в доме нашлась гитара-семиструнка, двадцать лет зревшая на стене. Злостно переделанная в шестиструнку, она задала немой вопрос: "Играть-то будем?" Играть было надо, и три блатных аккорда вскоре были сплагиачены у заезжего из столицы ролевика. Тогда же был написан текст "Танелорна". Попытка его спеть и при этом сыграть обнаружила катострофическую нехватку имеющихся в наличии аккордов, поэтому пальцы плелись косой, но недостающие аккорды были-таки изобретены (Что по сравнению с этим титаническим трудом какой-то велосипед!). С него-то (не с велосипеда, а с "Танелорна" и столичного ролевика Васи Фирсова) начались мои творческие страдания. В дальнейшем получилось так, что "ролевые", фэнтезюшные сюжеты в песнях не пошли, а выходило что-то абстрактное, типа "Паранойи", "Сойти с чужого ума" и "Реальности сердца". В конце концов, скудный ум заткнулся и пошел искать тексты на стороне. Не ушел от славы В.Фирсов, М.Орлова, П.Черкасова, Т.Погодина, А.Максимова, С.Калениченко и бедный Гете. Вот такой грустный бред. Но это еще не все!


О нас, любимых
(продолжение грустного бреда)



Коль я предрасположена к фигне -
Да здравствует великая Фигня!
Но, черт возьми, да здравстуют вдвойне
Все те, кто ей займется за меня!

И вот мы сообразили на троих. Мы - это Игорь Ивченко, Павел Комяков и я, Мартиэль. А было так (Дальше буду врать в меру своего склероза, если что не так, доврите сами). Случилось несколько бесславных попыток сделать запись меня на магнитофон, ибо народ ролевой питерско-московский хотел записей, а нэту. Записи шуршали, жужжали, жевались, норовили сломать магнитофон, - короче, вели себя прескверно. Тут произошло явление Игоря. Как ему удалось вселить в меня уверенность, что мне позарез надо записаться у него, до сих пор удивляюсь. Игорь, вообще, человек, вселяющий уверенность и наводящий на мысль. Дальше потянулись долгие дни записи. Поскольку хотелось сделать это хорошо, пришлось переписывать некоторые песни по нескольку раз, особенно, если учитывать мой хронический склероз и патологическую боязнь всяческих железячек типа "микрофон". Итого получилось две с хвостом кассеты. Ура? Не тут-то было! Игорь дал все это послушать кое-каким друзьям и знакомым и, видимо, по мотивам отзывов, стал наводить меня на мысль, что все, конечно, хорошо и здорово, но неплохо было бы "оживить" некоторые песни за счет аранжировки на компьютере или "живьем". В результате к компу был приделан синтезатор, за которым возник Паша. С синтезатором мы не поладили, поэтому Паше пришлось-таки взять гитару в руки и озаботиться созданием басовых партий. Так мы стали собираться у Паши и радовать диссонансами его домочадцев. К их чести стоит сказать, терпели они нас мужественно и даже кормили иногда (в эти краткие моменты в доме было тихо). Зато сыграться времени у нас было предостаточно, хотя длительные перерывы в репитициях сразу же отзывались неистребимым склерозом. Время от времени на действо приглашались непредвзятые эксперты из знакомых, в функции которых входило всячески критиковать это безобразие, что они и проделывали с радостью. Позже "фи" выдавались мне теми же знакомыми с глазу на глаз, но более развернуто, и изобиловали недоумением, почему это мне стало лениво петь в гордом одиночестве. Но время шло и подошло к первому нашему выступлению на публику. На самом деле, это был маленький квартирник человек на десять. Они сказали, что им понравилось, чем нас несказанно удивили. Посмотрев видеозапись этого всего, мы удивились еще больше: все мы страдали отсутствием чувства ритма, но каждый по-своему. После этого вошло в привычку записывать репитиции. Пару раз мы еще поиграли на публику. Процент положительных отзывов порадовал. Народ восхотел кассеты. Посему провозглашаем: записям - быть! Обращайтесь, короче. Мы. (С приветом.)


Хостинг от uCoz